Как днепряне спасали бездомного человека

Днем 8 декабря в ФБ стала распространяться информация о том, что в Днепре на ул. Хабаровской возле дома №3 замерзает бабушка. Причем находится она там уже две недели. Пользователи размещали фотографии и просили повлиять на полицию и соцслужбы, которые никак не реагировали на их обращения. Одна из моих ФБ-друзей написала сообщение, которому я сразу не поверила.

По иронии судьбы, я проходила мимо этого места буквально за 2 часа до полученного в ФБ сообщения и не видела никакой бабушки. И, возможно, не нашла ее, если б местная жительница Людмила не пояснила по телефону, что бабушка сидит под черным кульком. Со стороны создается впечатление, что это просто груда мусора.

Подхожу к черному пакету, думая, что вряд ли можно на таком холоде выжить две недели. Но пакет начинает шевелиться, появляется рука, при этом лица почти не видно.

– Вы живы?

– Да.

– Как вас зовут.

– Человек.

– Почему вы здесь находитесь? Вас выгнали из дома?

– Нет, у меня есть дом, но мне нужно встретиться с начальником охраны. Он раз в 5 дней приходит. Не буду же я с другого конца города ехать, чтобы с ним встретиться.

– Но в этом здании никто давно не живет – это бывшее общежитие. Вас отсюда выселили?

– Нет, но мне нужен начальник охраны, нужно поговорить с ним по бытовому вопросу.

– Давайте я отвезу вас в пункт обогрева или в больницу.

– Мне ничего не надо, мне люди приносят чай и бутерброды. Полиция и скорая уже приезжали, но я отказалась с ними ехать. Мне нужен начальник охраны. И вообще, кто вы такая, чтобы меня куда-то везти? Позаботьтесь лучше о детях из Житомира.

– Вы из Житомира?

– Нет, я из Днепра.

– А где ваш дом?

– Я не скажу.

– Но вы же замерзнете – мороз на улице и ночью будет холоднее.

– Какие морозы? Нет никакого мороза. Мне тепло…

Разговор явно не клеился, женщина была настроена агрессивно и не собиралась покидать свое убежище из двух черных целлофановых пакетов, соединенных скотчем. Она все время твердила о каких-то детях из Житомира и о начальнике охраны здания, возле которого сидела. Причем разговаривала очень корректно, без матов и ругательств, алкоголем от нее тоже не разило. Возникли подозрения, что она не в себе.

Звоню областному суицидологу и заведующему кризисным отделением областного ПНД Евгению Юрьеву, чтобы посоветоваться, как поступить. Поскольку принудительная госпитализация для психиатрического лечения в Украине не предусмотрена:

– Обращайтесь в скорую помощь. Они, конечно, не поставят диагноз, но имеют право принудительно госпитализировать, если есть угроза для жизни человека.

Набираю 103 и прошу прислать психиатрическую бригаду. Но оказывается, в Днепре на улицу ее можно вызвать только в том случае, если человек бросается на других людей и представляет угрозу для окружающих. Психиатрических бригад у нас всего две, причем они обслуживают не только Днепр, но и Солонянский и Днепропетровский районы…

По указанному мной адресу довольно быстро приезжает обычная скорая – 6-я бригада Индустриальной подстанции. Врач Игорь Токарчук спрашивает, что случилось? Объясняю, говорю, что бабушку надо забрать, а то замерзнет ночью. Вместе с медсестрой Верой Игорь Токарчук разговаривает с бабушкой и предлагает поехать в больницу, но она категорически отказывается.

Я настаиваю, говорю, что советовалась с областным суицидологом Юрьевым: если есть угроза для жизни, можно принудительно госпитализировать. Если ударят сильные морозы, а их обещают в ближайшие дни, завтра здесь будет труп. Медсестра вызывает полицию, потому что женщина сопротивляется.

Увидев скорую, подтягиваются местные жители и просят забрать бабушку. Охранник пустующего здания Василий Гноевой говорит, что она в этом месте сидит с 9 декабря (!). А до этого долгое время находилась возле магазина «Ева» на ул. Калиновой и на остановке « Ул. С.Ковалевской». Женщина все время носит с собой больше количество черных пакетов.

– Мы десятки раз вызывали скорую и полицию, но они приезжают и уезжают, – подключается к разговору местная жительница  Ирина Батура.  – Никто не реагирует на наши обращения. Мы носили бабушке суп, чай, пирожки, но это же не дело на улице бросать больного человека. Это безобразие какое-то. Она замерзнет, и что нам потом труповозку вызывать?

К месту событий приезжает наряд полиции – лейтенанты Ирина Соломаха и Виталий Аванесян. Спрашивают, кто вызывал полицию и скорую. Представляюсь журналистом Zabeba.li, объясняю ситуацию, прошу помочь забрать бабушку в больницу или в полицейский участок, потому что только туда можно вызвать психиатрическую бригаду. Полицейские пытаются общаться с бабушкой. На вопрос, как ее зовут, она снова отвечает, что она человек и гражданин Украины. Женщина твердит о том, что ожидает начальника охраны.

Виталий Аванесян говорит бабушке, что ее тут не оставят, потому что существует статья 135 в Уголовном кодексе Украины «Оставление в опасности». В ней предусмотрено 2 года ограничения или лишения свободы, если человека бросили в беспомощном состоянии (по болезни, старости, малолетству).

После длительных переговоров бабушка нехотя начинает собираться, и надевает свое пальто и брюки (под пакетом все это время она сидела в свитере и футболке). Но в последний момент начинает сопротивляться, говорит, что без своих пакетов никуда не поедет, потому что в них собранные ею баночки и бутылки.

Бабушка вырывается и кричит, что ее убивают. Четыре человека с большим трудом затаскивают ее в скорую помощь, и мы отправляемся в приемное отделение горбольницы №9 в сопровождении полицейской машины.

Там нам не очень-то рады, и это мягко сказано. Дежурный врач-терапевт Ирина Шеина-Колесник спрашивает, почему мы именно к ней доставили пациентку? Говорит, что  в терапию ее не положит, потому что там находятся адекватные пациентки. К тому же бабушка отказывается идти в смотровую, измерять температуру тела и давление, а на ее кожных покровах нет следов обморожения.

– Вы понимаете, что она может в любой момент уйти – не будут же врачи ее приковывать наручниками, – говорит Ирина Шеина-Колесник. – Да и вообще, вы ее забрали из привычной для нее среды – там она была как своя, а здесь она потеряется.

С врачом скорой просим вызвать психиатрическую бригаду. Ирина Шеина-Колесник говорит, что бригаду можно ждать часа 4 и не факт, что бабушку заберут. Звонит и говорит по телефону, что с ул. Хабаровской, 3, доставлена неизвестная, ведет себя агрессивно, вероятно, обострение.

На удивление психиатрическая бригада приезжает менее чем за полчаса – врач и два санитара. Психиатр отказывается представиться, ссылаясь на Закон Украины «О Психиатрической помощи», и просит не фотографировать пациентку. Бабушка отвечает ей примерно то же самое, что говорила еще на улице. Причем снова не называет  имя, возраст и место жительства.

Отправляться в ПНД отказывается, потому что, по ее словам, там решетки и живет Наполеон. После непродолжительных уговоров ее везут на ул. Бехтерева, 1 (Игрень), в областной психоневрологический диспансер на старом уазике. Именно на таком транспорте в Днепре передвигаются психиатрические бригады.

В областном ПНД бездомную женщину госпитализировали в инфекционное отделение.

На следующий день еще одна местная жительница Марина C. рассказала, что эта бабушка бомжует второй или даже третий год. Ее часто видят на ул.Калиновой с большим количеством черных пакетов. Невероятно, как она выживает зимой в такие холода. Но то, что она не в себе, это заметно.

Местные жители интересуются судьбой бабушки и готовы собрать деньги через соцсети на ее лечение. Говорят, что в минуты просветления женщина говорила, что у нее есть дочь.

Любовь Бурлакова

 

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или нажмите СЮДА

Вас может это заинтересовать