Сергей Рулев: Богатым быть не стыдно. Стыдно быть жлобом

Кандидат от «Самопомощи» по 27 округу Днепра в интервью Забебе рассказал о дворовых беседах как основе  рекламной кампании,  о том, почему мы так плохо живем и что нужно сделать для того, чтобы жить лучше.  Кстати, в своем доме и в своем микрорайоне Сергею кое-что удалось сделать.

— Здравствуйте! Не видела ни одного вашего «борда» по городу. Плохо смотрела?

Сергей Рулев: Есть 16 «бордов». Есть скроллеры, призматороны. Средства изыскали в последний момент – благодаря добрым людям на свободных плоскостях разместили рекламу. Ребята креативно поработали, я так считаю, новый подход в городе. Это та же команда, которая работала на местных выборах. И у нас все хорошо получается, по крайней мере, по креативу.

— Сколько средств потратили на кампанию?

Сергей Рулев: Из избирательного фонда – 62,9 тыс. грн. с копейками. И – 20 тысяч листовок напечатали за 8,6 тыс. грн. То есть порядка 70,5 тыс. грн. – на «борды», так называемые кубы, которые остались с местных выборов от «Самопомощи», полиграфию – сделали всего лишь три выпуска.

Рулев

— Думаете, этого будет достаточно для победы? Ваши конкуренты потратили миллионы.

Сергей Рулев: У «Самопомощи» нет конкурентов. В понедельник в Днепропетровске, в Днепре, сори, был глава фракции Олег Березюк. Ребята нам помогли устроить встречу с раввином города Каминецким. И вот, что ему и мне запало после двухчасовой дискуссии. Он обратился со словами: «Вы, к сожалению, не сегодняшние». Олег Романович переспросил, мол, вчерашние, что ли? «Нет, — сказал раввин, — вы – будущие!».

А сумасшедшие бюджеты, которые тратят на выборы, конечно, на радость предпринимателям, СМИ, рекламщикам, креативщикам, но это – беда для нашего государства. Потому что это продолжается 25 лет.

Наша же агитация была построена на так называемых дворовых встречах. Мы в активной фазе всего лишь две недели, потому что у нас ограниченный бюджет. Разместив рекламу, мы не ходили по домам, не тревожили людей, потому что, на самом деле, у них в глазах страх, безнадега и отчаяние.

Рулев5

Причем если правый берег встречает еще оптимистично, с улыбками, то часть округа в Приднепровске – там просто беда. Я рекомендую всем чиновникам, депутатам, периодически – хотя бы раз в неделю – выезжать в этот спальный район, чтобы почувствовать потребности людей.

— Так вроде у них там все отлично: дорогу сделали, грузовики в объезд пустили, вокруг счастье и благолепие.

Сергей Рулев: Там есть и положительные моменты. Я не сторонник криков о «большой зраде». Там, где многоэтажки, более-менее благополучно. А есть часть строений двухэтажных – 1960-х годов – там просто печаль. Я расскажу вам две истории, характеризующие состояние людей и дел в районе.

Вечером мы с ребятами возвращались домой и сели к бабушкам за стол. Извинились, спросили, можно ли без какой-либо агитации пообщаться. Если со стороны слышу негативные слова в свой адрес, подзываю людей и говорю: вот он я – ваш кандидат, готов выслушать все претензии и, если возможно, чем-то помочь. Подходит дедушка и говорит – эпитеты я опускаю: «Как же у вас хватило совести изменить Днепропетровск на Днепр?». Я говорю, что, во-первых, я этого не менял. А во-вторых, в 1987 году, когда меня призвали в армию и спросили там, откуда прибыл, я сказал: «Из Днепра».

Я ему говорю: давайте любые изменения начинать с себя. Вы, говорю, где живете? Он говорит: «На жилмассиве Приднепровск». Отныне, говорю, будете жить на жилмассиве Приднепропетровск. Он долго кумекал и сказал: «Не звучит, не приемлемо».

Говорю: «Наверное, надо прекращать носить цветы к памятникам палачам своего народа». Обозвали Бандерой, на чем наша дискуссия закончилась. А дедушке – 89 лет.

А вот вторая история. Дискутировали мы весьма громко. Вышел молодой парень и попросил помощи: у них упали тополя, сломали крышу. Я говорю, дескать, надо обращаться к местным депутатам. Он вынес мне письмо, показал свое обращение о замене крыши. ЖЭК ответил, что не может сделать этого, потому что в течение последних десяти лет меняли трижды. Мы не поленились. Он мне нашел кусок, который сам поменял – там 5-6 см мха. Кто учил ботанику, знает, что он не может так вырасти ни за 3 года, ни за 10 лет.

Вот такое состояние дел в Приднепровске. Все очень и очень печально.

— И что – вы хотите это исправить из Верховной Рады?

Сергей Рулев: Да. Люди, когда обращаются, спрашивают, что я для них сделаю. Я отвечаю, что ничего не сделаю, но обеспечу на вашу пенсию при ваших потребностях достойную жизнь. То, что обещает государство.

К сожалению, у нас все вошли в популизм: ремонтируют крыши, ставят скамеечки – это элементарный подкуп избирателей. Это не предвыборная работа и вообще не работа с людьми, с которые, по сути, и являются Украиной.

К тому же у нас очень жесткое расслоение по доходам населения. Есть те, кто не то что за чертой бедности, а живет на самом дне.

— И – о доходах. По данным ЦИК, вы являетесь директором ООО «Янтарное». 

Рулев4

Сергей Рулев: Исполнительным директором. Предприятие занимается торговлей, организацией рыночной торговли. Это фармацевтика, в частности, розничная продажа лекарственных препаратов, реализация товаров народного потребления. Рынок и автостоянка на Байкальской…

Я сорок лет живу на Клочко-6 – в спальном районе. И там наш семейный бизнес, которым управляет моя мама – это ни для кого не секрет, она – достаточно хорошо известный человек на нашем маленьком «Хуторе», как называют Клочко-6, сейчас – ж/м Калиновский.

Ни для кого не секрет, чем я занимаюсь. Кроме того, я 8 лет занимался арбитражным управлением, у меня лицензия Министерства экономики. Это – сфера банкротства.

— Эдакий местный олигарх? 

Сергей Рулев: Олигарх – это чуть-чуть другое. У нас в дефинициях людей запутали. А богатым быть не стыдно. Стыдно быть жлобом. А олигарх – это жлоб, который крадет наши, народные деньги.

Нам постоянно рассказывают, что есть некие бюджетные деньги, городские, государственные… Маргарет Тэтчер в свое время очень четко определила: «Нет никаких бюджетных денег, есть деньги налогоплательщиков». Так вот, олигарх и живет с этих денег.

Да, я играю в футбол и мне дали прозвище «Олигарх».

— Только на избирательную кампанию вы не очень много потратили.

Сергей Рулев: На фоне нынешних пенсий – 1,2 тыс. грн, а то и меньше – 950 грн., наверное, все-таки доходы в 10-15 тыс. грн. – это очень большие деньги. И когда люди спрашивают, сколько стоит тираж газеты, а я потратил 20 тыс. грн. на тираж в 30 тыс. экз., для них это непостижимые суммы.

— И рынок, и аптеки, и поставка продуктов питания…

Сергей Рулев: Это Бюро.ua писало. Мы работали на дотендерных, допороговых закупках. Это было разрешено законодательно, мы поставляем свежие овощи в учебные заведения. Там мой ребенок учился, почему мне должно быть стыдно?

Мы работаем с фермерами Днепропетровской области, продукты качественные, с полей – экологически чистые.

— Ваш бизнес достаточно близок к людям. Можете ли вы сказать, что как исполнительный директор фирмы сделали лучше жителей Клочко в чем-то? 

Сергей Рулев: Это мой район. Я его знаю наизусть. Даже во время предвыборной агитации, когда я посещал ж/м Сокол, всю Победу, Приднепровск, люди иногда спрашивали, почему вы идете сюда, мол, проблемы разные. А проблемы одинаковые везде.

В своем доме я полтора года бился за создание ОСМД. Переубеждал людей, и мы добились регистрации. Сейчас агитирую других людей переходить в ОСМД. Это – единственное спасение от коммунальной мафии.

Плюс в течение 10-15 лет предприятие за свой счет восстанавливало дорогу – единственный въезд на жилмассив. Сейчас общественники подняли эту проблему, в соцсетях недавно даже обращение к Филатову было. Дорога в катастрофическом состоянии. Дорожники к очередным выборам просто закатали в асфальт ливневую канализацию.

А до этого мы всегда эту дорогу делали. Но в этом году терпение лопнуло, потому что у нас есть бюджет развития в Днепропетровске – там сумасшедшие цифры, страшно даже произнести в эфире: 4 млрд. грн.! Думаю, единственный въезд на спальный район можно сделать. И я надеюсь, что Борис Альбертович услышит 35 тысяч жителей Клочко и сделает.

— В прошлом году вы участвовали в замечательной акции «Самопомощи» — автопробеге «Днепропетровск-Одесса», пересчитали все ямы. На своем «Лексусе» ездили?

Сергей Рулев: Да, потому что, если бы поехал на другой машине, то сейчас в выборах бы не участвовал. Наверное, где-то там похоронили бы. Тогда мы несколько машин оставили на выезде из Днепропетровска, потому что поступила информация о состоянии дорог от Кривого Рога до Николаева, и мы поняли, что эти авто просто там развалятся – станут памятниками начала XXI века, как танки Второй Мировой – двадцатого. «Таврии», «Ланосы» и «Жигули» туда не поехали. Большая часть машин были внедорожниками, способными преодолевать эти препятствия – выбоины и ямы.

— Там 919 ям насчитали вроде.      

 Рулев2

Сергей Рулев: Да у нас считали партнеры по специальной программе. Но эту цифру надо, как минимум, умножать на три, потому что ямы диаметром 5-6 метров ямами не считаются: это, скорее, подъем-спуск. Седаны ныряли в них по крышу. Во время дождя там было бы очень жестоко.

— А что там сейчас – не в курсе? 

Сергей Рулев: То же самое. Чуть залатали, и все. Там нельзя дорогу ремонтировать, потому что она строилась по советским технологиям – под ту грузоподъемность автомобилей. Там надо кардинально менять покрытие, причем всю «подушку». И это – задача государственного масштаба. И для меня, как человека разбирающегося в инфраструктурных проектах, неясно, почему между двумя стратегическими городами – Днепропетровском и Одессой – нет нормальной дороги, а объездные пути не лучшего качества – плюс лишние 200-250 км, которые, в конечном счете, ложатся на плечи потребителя. Ведь идет удорожание грузов и товаров народного потребления, что увеличивает добавленную стоимость.

— Когда вас изберут в Верховную Раду, что вы будете делать с дорогами – уже как

депутат?

Сергей Рулев:  На округе люди наделяют депутата чуть ли не функцией миссии. Но никто не придет и не сделает нам добро, если мы не начнем с себя. У депутата три функции: первая – законотворческая. У нас есть фракция, которая достойно ведет себя на протяжении этой каденции в парламенте и хоть и в оппозиции, те законопроекты, которые мы инициируем или поддерживаем, действительно практичны и, главное, нужны государству и тем людям, которые его составляют.

А с дорогами не надо выдумывать новый велосипед с квадратными или треугольными колесами, тогда как весь мир ездит на круглых. Надо перейти на круглые колеса и четко понимать, где эти деньги, которые заложены в акциз на топливо. Это колоссальные суммы. Мы понимаем, что в стране 20-30 процентов торговли – это реализация нефтепродуктов, если не в тени, то в специфических схемах, называемых в народе контрабасом. Естественно, этот акциз не идет в бюджет.

А перед реформами надо понимать, что мы имеем. Никто до этого не проводил аудит движения этих денег. Ранее платили транспортный сбор, например. Так что первый пункт – найти деньги, растворенные в бюджете. Второе – новые технологии. Китайцы строят у себя железобетонные дороги. Технологии открыты на рынке. Вопрос в качестве подрядчика и в контроле над выполняемой работой. Почему во Франции каждая дорога имеет свое клеймо подрядчика?

— В прекрасном городе Днепр много лет подряд дороги ремонтирует фирма «УПС» и их некем заменить. Мол, у них все есть, а больше ни у кого ничего нет, и больше никто этот объем не потянет.   

Сергей Рулев: Есть общественный контроль. Я не понимаю, почему у нас не вводят финансовые гарантии. Гарантийные обязательства подрядчиков – это бла-бла-бла, ни о чем. Там ни штрафных санкций, ничего. Лишь по доброй воле некоторая часть дорог в Днепропетровске ремонтировалась. А там, где есть гарантийные обязательства, любой хороший адвокат похоронит их одним росчерком пера. А уж при нынешней судебной системе…

Поэтому нужна законодательная инициатива и ввод финансовых гарантий. Почему так не сделать?

— Готовы сразу после победы написать такой законопроект?

Сергей Рулев: Да, и фракция готова. Но сейчас чуть-чуть приоритеты поменялись. Мы считаем, что благодаря децентрализации в городах, поселках и селах сформировался так называемый бюджет развития. К сожалению, значительная часть населения страны живет за чертой бедности. Такое понятие как социально-ответственный бизнес, не говоря о социально-ответственном государстве, у нас отсутствует и без наших инициатив не появится еще очень долго.

— ООО «Янтарное» ведет социально-ответственный бизнес?   

Рулев1

Сергей Рулев: Конечно! У нас минимальная текучесть кадров. С предприятия люди уходят исключительно на пенсию.

А бюджет развития надо тратить на социально незащищенные слои населения. В Днепропетровске есть инициатива о 40-процентной надбавке врачам. Это очень правильно сделали. И это оборот денег в природе – там нет конечной точки. А люди, которые собирают себе в баночку, как правило, с этой баночкой и остаются. То есть должно быть движение денег.

Мы, отдав эту часть и поддержав малоимущих, все равно запустим…

— В оффшоры точно не выйдет.

Сергей Рулев: Это – один из пунктов моей предвыборной программы. Потому что это, на самом деле, беда. И беда не только Украины, а всех государств.

— Как вы из Верховной Рады будете указывать территориям, на что им тратить свои деньги? Они вам скажут: «Не ваше дело!».

Сергей Рулев: Да, так должно быть. Мы смотрим по сторонам и из деталей составляем картинку. Мы не знаем, как обыватели, всей истории отношений между властными вертикалями и горизонталями. Но детали говорят об одном: в стране – ручное управление.

— И вы умеете этим управлять?

Сергей Рулев: Нет. Я вам расскажу историю. Нам же, украинцам, рассказывают, что мы неудачники, всю жизнь живем в печали и грусти, и песни у нас такие, и поговорки. Одна из самых знаменитых: моя хата с краю, ничего не знаю. И нам 75 лет советской истории и 25 – украинской говорят, что мы не смотрим по сторонам.

Но все забыли, что поговорка возникла во времена Запорожской Сечи, и у нее было продолжение: «Моя хата с краю, ничего не знаю, но первым врага встречаю».  Так вот слова «ничего не знаю» — это не равнодушие. Это – не рассказать врагу, как устроен поселок.

Вторая история – у нас произошла, в бывшей Екатеринославской губернии – в Гуляйполе. Нестора Махно помните? Это уникальное место – военное казачье поселение было. Одна из немногих территорий, где жили общинники, а не ведущие индивидуальное хозяйство люди. В досоветскую эпоху там было общинное самоуправление. Сейчас это можно было бы назвать публичным самоуправлением – моделью, неприемлемую всеми нашими чиновниками. Все хотят в ручном режиме управлять – и экономикой государства, и городами, и другими территориальными громадами.

Поэтому единственный способ выбраться из кризиса – публичное управление. И надо людям рассказать, что они в этой жизни многого стоят.

Когда люди спрашивают, зачем я хожу по округу, я говорю, что основная задача, mеssage, который хочу донести: вы должны поверить в себя. У вас есть сила, у вас есть история, и у нас есть история.

В том году я на выборах говорил, что у нас есть ближайшая история побед. АТО не сделал ни президент, ни парламент, ни правительство. Туда пошли добровольцы, волонтеры – пусть с разной историей. Но армию свою отстояли мы, территориальную целостность – в той части, которая есть, исключительно благодаря объединению людей.

— Спасибо! Надеемся, что именно вы будете представлять Днепр в Верховной Раде!        

Сергей Рулев: Спасибо и вам!

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или нажмите СЮДА

Вас может это заинтересовать